Тест по литературе Капитанская дочка 8 класс

Тест по литературе Капитанская дочка (А.С. Пушкин) с ответами для учащихся 8 класса. Тест состоит из 2 вариантов в каждом варианте по 10 заданий.

1 вариант

Лошади тронулись, колокольчик загремел, кибитка полетела…
«Стой! стой!» — раздался голос, слишком мне знакомый, — и я увидел Савельича, бежавшего нам на встречу. Пугачев велел остано­виться. «Батюшка, Петр Андреич!» — кричал дядька. — «Не покинь меня на старости лет посреди этих мошен…» — А, старый хрыч! -сказал ему Пугачев. — Опять бог дал свидеться. Ну, садись на облучок.
«Спасибо, государь, спасибо, отец родной!» — говорил Савельич, усаживаясь. — Д»ай бог тебе сто лет здравствовать за то, что меня старика призрил и успокоил. Век за тебя буду бога молить, а о зай­чьем тулупе и упоминать уж не стану».
Этот зайчий тулуп мог наконец не на шутку рассердить Пугачева. К счастию, самозванец или не расслыхал или пренебрег неуместным намеком. Лошади поскакали; народ на улице останавливался и кла­нялся в пояс. Пугачев кивал головою на обе стороны. Через минуту мы выехали из слободы и помчались по гладкой дороге.
Легко можно себе представить, что чувствовал я в эту минуту. Че­рез несколько часов должен я был увидеться с той, которую почитал уже для меня потерянною. Я воображал себе минуту нашего соедине­ния… Я думал также и о том человеке, в чьих руках находилась моя судьба и который по странному стечению обстоятельств таинственно был со мною связан. Я вспоминал об опрометчивой жестокости, о кро­вожадных привычках того, кто вызывался быть и избавителем моей любезной! Пугачев не знал, что она была дочь капитана Миронова; озлобленный Швабрин мог открыть ему все; Пугачев мог проведать истину и другим образом… Тогда что станется с Марьей Ивановной? Холод пробегал по моему телу, и волоса становились дыбом…
Вдруг Пугачев прервал мои размышления, обратясь ко мне с во­просом:
«О чем, ваше благородие, изволил задуматься?»
— Как не задуматься, — отвечал я ему: — Я офицер и дворянин; вчера еще дрался противу тебя, а сегодня еду с тобой в одной кибит­ке, и счастие всей моей жизни зависит от тебя.
«Что ж?» — спросил Пугачев. — «Страшно тебе?»
Я отвечал, что, быв однажды уже им помилован, я надеялся не только на его пощаду, но даже и на помощь.
«И ты прав, ей богу прав!» — сказал самозванец. — «Ты видел, что мои ребята смотрели на тебя косо; а старик и сегодня настаивал на том, что ты шпион, и что надобно тебя пытать и повесить; но я не согласился», — прибавил он, понизив голос, чтоб Савельич и татарин не могли его услышать, — «помня твой стакан вина и зайчий тулуп. Ты видишь, что я не такой еще кровопийца, как говорит обо мне ва­ша братья».
Я вспомнил взятие Белогорской крепости; но не почел нужным его оспаривать и не отвечал ни слова…
— А ты полагаешь идти на Москву?
Самозванец несколько задумался и сказал вполголоса:
— Бог весть. Улица моя тесна; воли мне мало. Ребята мои умни­чают. Они воры. Мне должно держать ухо востро; при первой неудаче они свою шею выкупят моею головою.
— То-то! — сказал я Пугачеву. — Не лучше ли тебе отстать от них самому, заблаговременно, да прибегнуть к милосердию государыни?
Пугачев горько усмехнулся.
— Нет, — отвечал он, — поздно мне каяться. Для меня не будет помилования. Буду продолжать, как начал. Как знать? Авось и уда­стся! Гришка Отрепьев ведь поцарствовал же над Москвою.
— А знаешь ты, чем он кончил? Его выбросили из окна, зарезали, сожгли, зарядили его пеплом пушку и выпалили!
— Слушай, — сказал Пугачев с каким-то диким вдохновением. — Расскажу тебе сказку, которую в ребячестве мне рассказывала старая калмычка. Однажды орел спрашивал у ворона: скажи, ворон-птица, отчего живешь ты на белом свете триста лет, а я всего-навсе только тридцать три года? — Оттого, батюшка, отвечал ему ворон, что ты пьешь живую кровь, а я питаюсь мертвечиной. Орел подумал: давай попробуем и мы питаться тем же. Хорошо. Полетели орел да ворон. Вот завидели палую лошадь; спустились и сели. Ворон стал клевать да похваливать. Орел клюнул раз, клюнул другой, махнул крылом и сказал ворону: нет, брат ворон; чем триста лет питаться падалью, лучше раз напиться живой кровью, а там что бог даст! — Какова калмыцкая сказка?
— Затейлива, — отвечал я ему. — Но жить убийством и разбоем значит по мне клевать мертвечину.
Пугачев посмотрел на меня с удивлением и ничего не отвечал. Оба мы замолчали, погрузясь каждый в свои размышления. Татарин за­тянул унылую песню; Савельич, дремля, качался на облучке. Кибит­ка летела по гладкому зимнему пути…

1. Куда отправились герои фрагмента?

2. От чьего лица ведется повествование в романе?

3. Как называется жанр повествования от лица автора о реальных событиях прошлого, участником и очевидцем которых он был?

4. Укажите название композиционного элемента текста, который занимает важное место в данном фрагменте, воспроизводя рече­вое общение персонажей.

5. Как в литературоведении называют средство иносказательной выразительности «Холод пробегал по моему телу, и волоса ста­новились дыбом»?

6. Как в литературоведении называется прием иносказательного изображения отвлеченной идеи при помощи конкретного образа, использованный в сказке, которую рассказал Пугачев?

7. Укажите название изобразительного средства: «унылая песня», «по гладкому зимнему пути» и др.

8. Как понимают смысл калмыцкой сказки Гринев и Пугачев?

9. Какие признаки исторического произведения можно выделить в «Капитанской дочке» и какие русские писатели изображали в своих произведениях исторические события?

10. Какую роль играют случайности в судьбе Гринева и как они связаны с идейным содержанием произведения?

2 вариант

Я приближался к месту моего назначения. Вокруг меня простира­лись печальные пустыни, пересеченные холмами и оврагами. Все по­крыто было снегом.
Солнце садилось. Кибитка ехала по узкой дороге, или точнее по следу, проложенному крестьянскими санями. Вдруг ямщик стал по­сматривать в сторону, и наконец, сняв шапку, оборотился ко мне и сказал:
— Барин, не прикажешь ли воротиться?
— Это зачем?
— Время ненадежно: ветер слегка подымается; — вишь, как он сметает порошу.
— Что ж за беда!
— А видишь там что? ( Ямщик указал кнутом на восток.)
— Я ничего не вижу, кроме белой степи да ясного неба.
— А вон-вон: это облачко.
Я увидел в самом деле на краю неба белое облачко, которое при­нял было сперва за отдаленный холмик. Ямщик изъяснил мне, что облачко предвещало буран.
Я слыхал о тамошних метелях и знал, что целые обозы бывали ими занесены. Савельич, согласно со мнением ямщика, советовал во­ротиться. Но ветер показался мне не силен; я понадеялся добраться заблаговременно до следующей станции и велел ехать скорее.
Ямщик поскакал; но все поглядывал на восток. Лошади бежали дружно. Ветер между тем час от часу становился сильнее. Облачко обратилось в белую тучу, которая тяжело подымалась, росла и посте­пенно облегала небо. Пошел мелкий снег — и вдруг повалил хлопья­ми. Ветер завыл; сделалась метель. В одно мгновение темное небо смешалось со снежным морем. Все исчезло. «Ну, барин», — закричал ямщик — «беда: буран!»…
Я выглянул из кибитки: все было мрак и вихорь. Ветер выл с та­кой свирепой выразительностию, что казался одушевленным; снег за­сыпал меня и Савельича; лошади шли шагом — и скоро стали.
— «Что же ты не едешь?» — спросил я ямщика с нетерпением. — Да что ехать? — отвечал он, слезая с облучка; невесть и так куда заехали: дороги нет, и мгла кругом. — Я стал было его бранить. Са­вельич за него заступился:
«И охота было не слушаться», — говорил он сердито, — «воро­тился бы на постоялый двор, накушался бы чаю, почивал бы себе до утра, буря б утихла, отправились бы далее. И куда спешим? Добро бы на свадьбу!» — Савельич был прав. Делать было нечего. Снег так и валил. Около кибитки подымался сугроб.
Лошади стояли, понуря голову и изредка вздрагивая. Ямщик хо­дил кругом, от нечего делать улаживая упряжь. Савельич ворчал; я глядел во все стороны, надеясь увидеть хоть признак жилья или до­роги, но ничего не мог различить, кроме мутного кружения метели… Вдруг увидел я что-то черное.
— «Эй, ямщик!» — закричал я, — «Смотри: что там такое черне­ется?» Ямщик стал всматриваться.
— А бог знает, барин, — сказал он, садясь на свое место, — воз не воз, дерево не дерево, а кажется, что шевелится. Должно быть, или волк или человек.
Я приказал ехать на незнакомый предмет, который тотчас и стал подвигаться нам навстречу. Через две минуты мы поравнялись с че­ловеком.
— «Гей, добрый человек!» — закричал ему ямщик. — «Скажи, не знаешь ли, где дорога?»
— Дорога-то здесь, я стою на твердой полосе, — отвечал дорож­ный, — да что толку?
— Послушай, мужичок, — сказал я ему, — знаешь ли ты эту сто­рону?
Возьмешься ли ты довести меня до ночлега?
— «Сторона мне знакомая, — отвечал дорожный, — слава богу, исхожена, изъезжена вдоль и поперек. Да вишь какая погода: как раз собьешься с дороги. Лучше здесь остановиться да переждать, авось бу­ран утихнет да небо прояснится: тогда найдем дорогу по звездам.»
Его хладнокровие ободрило меня.

1. От чьего лица ведется повествование в романе?

2. Кем впоследствии оказался «дорожный»?

3. Назовите род литературы, к которому относится данное произ­ведение.

4. Укажите название композиционного элемента текста, который занимает важное место в данном фрагменте, изображая картины природы: «Вокруг меня простирались печальные пустыни, пере­сеченные холмами и оврагами. Все покрыто было снегом. Солн­це садилось…»

5. В приведенном фрагменте центральное место занимает разговор действующих лиц. Как называется разговор действующих лиц в литературном произведении?

6. Как в литературоведении называют средство иносказательной выразительности «снежное море»?

7. Укажите название изобразительного средства: «печальные пус­тыни», «ясного неба» и др.

8. В чем аллегорический смыл образа бурана в романе «Капитан­ская дочка»?

9. Какую роль в «Капитанской дочке» играет рассказ о детстве ге­роя и какие русские писатели изображали в своих произведени­ях детские годы персонажей?

10. Какую роль играют случайности в судьбе Гринева и как они связаны с идейным содержанием произведения?

Ответы на тест по литературе Капитанская дочка
1 вариант
1-Белогорская крепость
2-Гринев
3-мемуары
4-диалог
5-метафора
6-аллегория/иносказание
7-эпитет
2 вариант
1-Гринев
2-Пугачев
3-эпос
4-пейзаж
5-диалог
6-метафора
7-эпитет